Кино между адом и раем кино по Эйзенштейну


Часть пятая. Энергия деталей


Вначале вспомним несколько великих деталей.

Платок Дездемоны — маленький батистовый квадратик в руках Отелло. Эта сверкающая белизной тряпочка - одно из главных действующих лиц. Уже несколько веков она раскручивает маховик эмоций одной из великих драм любви.

Танцующие булочки в руках Чарли Чаплина или жареные гвозди, которые он обсасывает с голодухи. Кто их увидел, не забудет никогда.

А помните трагическое объятие медсестры и офицера над окопом в "Ивановом детстве" Тарковского. Мы видим влюбленных как будто из могилы. Этот окоп-могила — тоже деталь, деталь-метафора.

351

Маленький медальон на шее Кота — в нем спрятана целая Галактика — "Люди в черном" Гарри Зоненфельда; или огромный грузовик-убийца без водителя в "Дуэли" Спилберга — детали имеют разные размеры, как существа в животном мире, от блохи до слона.

Пенсне утопленного доктора в "Броненосце "Потемкине", очки убитого инженера в "Китайском квартале" или пулемет в футляре от гитары в "Десперадо" - детали просты или эксцентричны, как люди.

Ковчег с заветами Моисея в "Затерянном ковчеге" - уникальная деталь. А бесконечное количество чемоданчиков с деньгами или наркотиками, пакетиков с бриллиантами, звезд шерифа, ключей и зажигалок — они обычны, как люди в толпе. Но среди них есть детали-звезды - как зажигалка в фильме Хичкока "К северу от северо-запада".

Тысячи, тысячи и тысячи деталей рождают в фильмах смех, слезы и ужас. Причем есть правила, по которым они делают это лучше всего. Мы их рассмотрим.

В юности меня учили, что искусство с самого большого "И" таится в подтекстах художественных диалогов. Диалог — это нечто, что может написать далеко не каждый. Ах, Чехов! О-о, Бунин! Вау-вау, Хемингуэй. Но самые лучшие фильмы вообще не имеют диалогов. Это классика немого кино. А в самых примитивных "бла-бла-бла" не умолкает ни на миг — это телесериалы.

Две девочки болтают на уроках, не умолкая в течение пяти часов,




Начало  Назад  Вперед